|
Отшвырнул он ведро и назад к горе побежал. А потом вернулся и говорит:
— Кирстен не велела весь ручей тащить. Говорит, воды девать некуда будет.
— А я за такой малостью не пойду! — отвечает Кристоффер. — Я-то думал, у тебя и впрямь стоящее дело для меня найдется!
Сунул он руки в карманы, повернулся и прочь пошел.
Совестно тут стало троллю, что нет у него для Кристоф-фера работы по плечу. Взял он ведра и поплелся к ручью сам. Принес тролль воды и говорит Кристофферу:
— Пойдем на болото, надо торфу для печи натаскать.
Взяли они по плетеной корзине, а в каждую — человек пять упрятать можно. Еле-еле притащил Кристоффер пустую корзину на болото. А там торфу целые горы. Поглядел на них Кристоффер и говорит троллю:
— Чем такую малость тащить, не лучше ли все болото разом уволочь?
— И то правда! — обрадовался тролль. — Сбегаю скажу Кирстен.
Потом воротился и говорит:
— Кирстен не велела все болото тащить. Говорит, некуда ей будет столько торфу девать.
— Ну, тогда я и рук марать не стану, — отвечает Кристоффер. — Я-то думал, у тебя и впрямь стоящее дело для меня найдется.
И опять совестно стало троллю. Набрал он две корзины торфу и сам домой потащил. А Кристоффер руки в карманы заложил и идет себе рядом, посвистывает.
Вернулись они домой, а к тому времени солнце взошло, и тролль спать улегся. Дневного-то света тролли не переносят, и, когда все добрые люди трудятся, они спят.
Кирстен меж тем за прялку села, а Кристоффер рядышком примостился. Спать ему не хотелось — не больно-то он наработался нынче. Вот прядет Кирстен, а волосы ее нечесаные все в прялку лезут. Проведет она рукой по лицу, а на щеках полосы черные остаются. Стал тут Кристоффер над ней насмехаться, а Кирстен рассердилась и говорит:
— Что ты все зубы скалишь? Я-то, было, обрадовалась тебе. Думала, будет с кем словом перемолвиться. Ведь уж триста лет тут ни одной человечьей души не было.
— А ты бы умылась да причесалась, — отвечает ей Кристоффер. — Вот бы я и не стал над тобой насмехаться.
И тут рассказала ему Кирстен, что тролль уж давно к ней сватается, а она ему сказала, что не даст согласия, покуда не умоется и не причешется. Вот и ходит она теперь нечесаная и чумазая, только бы за тролля замуж не идти.
— Ну, тогда придется тебе потерпеть, покуда я с ним не разделаюсь, — сказал Кристоффер.
К вечеру пробудился тролль и велит Кристофферу с ним в лес по дрова идти.
— А топоры где же? — спрашивает парень.
— Топоры нам ни к чему, — отвечает тролль, — я деревья прямо с корнем из земли вытаскиваю.
— И верно, так-то оно лучше, — говорит Кристоффер.
Пришли они в лес и стали деревья выбирать. Видят — большущее дерево стоит, ствол в три обхвата.
— Вот это подойдет, — говорит тролль. А Кристоффер смеется:
— Этакая лучинка? Ну уж нет, выбирать, так выбирать. Пошли они дальше по лесу и видят другое дерево.
А ствол у него такой, что и шестеро не обхватят. Кристоффер на него и показал: "Вот это возьмем".
— Ты, хозяин, снизу тащи, а я тебе сверху помогать буду, — говорит он троллю.
Обрадовался тролль. "Вот, — думает, — славно! Сразу с двух концов тащить будем. И как это я раньше не додумался?"
Залез Кристоффер на самую макушку, уселся поудобнее на сук и стал звезды на небе разглядывать. А тролль внизу кряхтит-кряхтит, сопит-сопит, никак дерево вытащить не может. Кристоффер на него только покрикивает:
— Ну, веселей, веселей, хозяин! Или силенок не хватает?
| 
