» » Самый последний из могикан

Самый последний из могикан

Образованная полвека назад Германская Демократическая Республика подобно мифической Атлантиде исчезла с лица земли. Но остался герой, имя которого навсегда будет вписано в ее историю. Это легендарный Гойко Митич, создавший на восточно-германском голубом экране бессмертный образ "настоящего индейца". Он родился в одном из самых благополучных городов бывшей Югославии - Загребе. Будучи студентом института, получил приглашение сняться в западногерманском сериале о жизни краснокожих, поставленном по роману немецкого писателя Карла Мая.
Самый последний из могикан Несколько лет спустя, уже по другую сторону Берлинской стены, он стал тем, кого на протяжении нескольких десятилетий люди в странах Восточного блока и в Советском Союзе воспринимали как "индейца из ГДР". Холодная и расчетливая Германия, пусть Восточная, пусть даже совсем "наша", сама того не ведая, создала героя, который своей популярностью заткнул за пояс всех вождей ГДР, вместе взятых.

Сначала все выглядело достаточно безобидно: молодой немецкой республике действительно нужны герои, но руководство страны отлично понимало, что сериалами о жизни Эрнста Тельмана трудно привлечь зрителей. Выпуск "Индейской серии" начался национальной студией ГДР "ДЕФА" в 1965 году и продолжался до 1983 года. Зрители получили наконец великолепное развлечение на манер западных "вестернов", однако с более политически корректной направленностью: бледнолицые, которые в западных фильмах были добрыми "ковбойцами", здесь оказывались злыми и беспощадными завоевателями, а индейцы - храбрыми и смелыми воинами, защищавшими родную землю.

Положа руку на сердце, можно с уверенностью сказать, что, несмотря на наигранность, подобный расклад сил соответствовал исторической правде. Фильмы эти создавались коллективными усилиями: большинство из них снималось в горах бывшей Югославии, лошади были русскими, а бледнолицых врагов доставалось играть все тем же немцам. Единственным утешением было то, что среди восточно-германских женщин было очень много красивых и теоретически каждая из них могла стать подругой великолепного Гойко. Тем, кому повезло, завидовали красивые девушки из Вологды, Костромы и Новосибирска, вздыхавшие при виде мускулистой фигуры "последнего из могикан" с его гордым профилем и черными до плеч волосами. Когда дети просили взрослых пойти в кинотеатр на воскресный дневной сеанс, те никогда не отказывались. Отказаться было трудно, потому что, несмотря на "детские", плохо дублированные монологи, в глазах Гойко Митича было что-то, что заставляло смотреть на экран.

Я пытался найти это "что-то", несколько раз просматривая кассету любимых с детства "Апачей" двадцатилетней давности, но так и не нашел. После детского любования бесстрашными краснокожими я пытался было понять фильм "по-пелевински", но все равно enigma Гойко Митича осталась для меня неразгаданной. Ясно только одно: как и тогда, в индейце меня подкупала простота, какой не могут похвастаться вычурные Ван Дамм и Сильвестр Сталлоне, разбивающие морду в кровь "за идеалы справедливости", как это понимают в Голливуде, вместо того чтобы изящно натянуть тугую тетиву лука. Создатели же двенадцати "индейских фильмов", хотя и следовали голливудским канонам "вестерна" с его погонями и выстрелами из револьверов в плохих парней, отрицали подобную справедливость.

Один из самых модных и талантливых российских режиссеров Валерий Тодоровский не побоялся признаться в интервью продвинутому молодежному глянцевому журналу, что в детстве с удовольствием смотрел фильмы с участием Митича. В эпоху популярности Тарантино такое признание совсем нелегко сделать: герои массового кинематографа плодятся не по дням, а по часам и в модных кругах цитируют отрывки из "Криминального чтива" уже так часто, что хочется вдруг назло всем сказать, что "кто-то отравил воду в колодце". Однако массовое телевидение уже не считает, что "хороший индеец - это мертвый индеец", и фильмы с участием "легендарного Гойко Митича" совсем недавно стало демонстрировать Ren-ТВ.

Не отстают и предприимчивые прокатчики: они продают эти фильмы на видеокассетах в уличных киосках, где их можно обнаружить стиснутыми между каким-нибудь "Страхом и ненавистью в Лас-Вегасе" и "Матрицей". Все эти названия не отражают в моем сознании ровным счетом ничего, и только великий Эмир Кустурица с его "Подпольем" и "Снами в Аризоне" стоит ближе всех к герою Митича, объединенный с ним общим "югославским" происхождением. И тот и другой кажутся мне детьми абсурда: один югослав играл индейца в нелепых восточногерманских фильмах, другой снимает фильм о подполье, существующем вне пространства и времени. Оба - "настоящие индейцы", "последние из могикан", поднявшиеся с копьями и луками против пушек и ружей, против всеуничтожающей машины Голливуда.

Подобно героям "Подполья" Кустурицы, которые даже после окончания войны думают, что до сих пор сражаются в партизанском отряде, Митич до сих пор верит, что он индеец. Несмотря на свои шестьдесят два года, гарцуя на лошади в индейском оперенье, он принимает участие в ежегодном германском фестивале, посвященном творчеству Карла Мая, который, как известно, писал свои индейские романы в одной из германских тюрем, где сидел за мошенничество, и брал большинство своих историй прямо из головы. Знал ли об этом Митич, когда играл вождя Оцеолу или Текумсе? Знал, конечно, но он был индеец, а индейцы должны молчать.

Александр Братерский
09-01-13
Оставить комментарий
Ваш комментарий:
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent